Блоги членов Совета

Комментарии членов Совета о прошедшей 5 декабря встрече Владимира Путина с правозащитниками

08 Декабря 2014

Президент России Владимир Путин 5 декабря 2014 года провел встречу с членами Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека, федеральными и региональными омбудсменами.

Мероприятие было посвящено актуальным вопросам соблюдения прав человека и развития институтов гражданского общества в регионах и приурочена к Международному дню прав человека, который в этом году отмечается 10 декабря.

Члены Совета в средствах массовой информации так прокомментировали встречу:

Михаил Федотов

Было затронуто очень много тем, поставлено очень много вопросов и предложены решения этих вопросов. Президент внимательно отнесся ко всем предложениям, и я надеюсь, что теперь этими вопросами мы будем заниматься в каждодневном режиме. Сейчас совет будет готовить свой проект и дальше прорабатывать его в администрации президента, в Госдуме, со всеми заинтересованными ведомствами.

Андрей Бабушкин

Я хотел было рассказать Президенту о том, что для успешного реформирования ФСИН и борьбе с преступностью необходимо снижение численности заключенных хотя бы до 500 тысяч с нынешних 700 тысяч, однако слово мне не дали. Зато с длинными–длинными отчетами выступили двое региональных уполномоченных по правам ребенка.
Члены Совета выступить на этой встрече не смогли. Как я пронял, их выступления и не планировались, так как встреча была предназначена для поднятия престижа института уполномоченных, значительная часть которых встретились с Президентом впервые.
Теперь будем ждать поручений Президента РФ.

Евгений Бобров

Главная цель таких встреч — получить поручение президента по решению наиболее важных проблем. Увы, в большинстве случаев чиновники не желают анализировать наши предложения, которые нуждаются в официальной проработке на уровне госструктур. У нас для этого нет ни полномочий, ни специалистов. Но если наши предложения получают статус президентских поручений, они анализируются, и появляется реальный шанс на успех. Другое дело, что эта работа ведется недостаточно эффективно, и не всегда дело доходит до реализации.

В большинстве случаев на таких встречах речь идет о глобальных проблемах, которые не могут быть решены в одночасье. Если поднимаются частные локальные проблемы, то они решаются быстро, но когда речь заходит о необходимости что-то изменить в законодательстве, то эти решения требуют длительной проработки и многих согласований.

Александр Верховский

В этом году мероприятие было очень массовым. Человек 200 в зале было, не меньше. Даже стульев на всех не хватило. Но у такой представительности есть и своя оборотная сторона. Никакой предметный разговор в таких условиях невозможен. Обычно члены совета не только выступают, но и делают реплики, задают вопросы, президент на них отвечает. Такое общение может продолжаться довольно долго. В этот раз все было не так. Выступил президент, выступили федеральные уполномоченные и глава СПЧ, а потом еще с короткими докладами выступили несколько региональных уполномоченных, с которыми это было заранее согласовано. В общем, широкой дискуссии не получилось.

Эта встреча больше походила на торжественное мероприятие. Было в этом что-то ритуально-символическое. Впрочем, у всех встреч такого формата смысл один — люди пытаются поставить перед президентом какие-то проблемы, а он либо реагирует на них, либо нет. По опыту встреч с советом могу сказать, что большинство реплик, которые идут от членов совета, либо не получают никакого ответа, либо получают ответ в виде разъяснения официальной политики. Вроде того как это было на последней встрече: закон об иностранных агентах — это правильно, а вот перегибы и злоупотребления при его применении — это неправильно. В отдельных случаях президент что-то записывает и даже дает поручения. Правда, КПД такой работы не очень высокий.

Есть системные проблемы, которые никаким поручением решить нельзя. Президент каждый раз соглашается с тем, что условия жизни в местах лишения свободы следует сделать более человечными. Но воз и ныне там, потому что для решения такой проблемы надо пойти на коренное реформирование ФСИН, что означает многочисленные межведомственные согласования, в которых все в итоге и тонет. Есть такие проблемы, для решения которых даже у президента недостает решимости и ресурсов.

У нас, конечно, вертикаль власти, но президент не может дать такое указание, чтобы все разом построились и побежали выполнять любое его поручение. Ручное управление срабатывает далеко не всегда, а общественные и государственные институты, которые должны заменить ручное управление, с каждым годом работают все хуже и хуже. Если же речь идет о частном случае, который требует не системных изменений, а простого телефонного звонка, тогда президент вполне может что-то сделать. Если на то есть его воля.

Иосиф Дискин

Президент хотел дать почувствовать омбудсменам, что их деятельность важна, нужна, что за этим стоит личное внимание и забота президента. Кроме того, можно сказать, что шел смотр сил – Путину было важно обозреть, как работает система, ведь речь идет о создании целостной системы из Совета по правам человека, уполномоченных по правам человека, по правам детей, бизнеса. Так что это еще один канал обратной связи между властью и обществом и стимул для общества проявлять инициативу.

Уполномоченная по правам ребенка говорила о том, что очень важно, что ребенку-инвалиду выплачивается пособие, как и матери – по уходу, но при этом не менее важно, чтобы матери была предоставлена возможность работать. И она могла бы заработать, что означает уже не нищенское сносное существование, а самоуважение.

Замечательным было выступление уполномоченной по правам ребенка из Карачаево-Черкесии. Она назвала очень важные цифры. Например, в Чечне, Ингушетии, а теперь и в Дагестане, где закрыли последний детский дом, есть традиции, в которых нет социального сиротства», – напоминает эксперт. Вывод под всеми заявлениями подвел уполномоченный по правам ребенка Павел Астахов. «Он рассказал, что социальное сиротство в России сократилось вдвое, что вдвое выросло число родителей, которые брали детей-инвалидов. Все говорили, что после отказа американцам в усыновлении у нас дети-инвалиды останутся без заботы, а этого не произошло.

Встреча, безусловно, будет результативной. И я думаю, что этот формат станет постоянным. Для очень многих представителей структур уполномоченных по правам человека, ребенка, бизнеса такое внимание президента – очень большой стимул действовать дальше.

Кирилл Кабанов

Формат был, прежде всего, направлен на то, чтобы новые институты высказали свое мнение. Обратили внимание очень вялое внимание, я считаю, на проблему здравоохранения в регионах – всего один уполномоченный по правам человека сказал об этом... А ведь эта проблема касается уполномоченного по делам ребенка. Это же сейчас огромная проблема, которая потом может вырасти в социальные проблемы. Вот на это обратили мало внимания.

То, что уполномоченные по правам бизнеса умолчали про коррупцию, – наверное, это их устраивает. Если бизнесмены молчат про коррупцию, наверное, это их устраивает.

Мне было интересно понаблюдать за вновь созданными аппаратами. Хотя они как бы независимы, но это – аппараты. Говорили уполномоченные о том, что им не хватает аппарата, что не хватает машин. И это очень важно. Особенно для уполномоченного по правам человека это важно, ведь нужно ездить по тюрьмам, по детским учреждениям. Но выработать единую стратегию выступлений, как это бывает у нас в Совете, когда это вырабатывается, готовится... На Совете мы обсуждаем, кто и о чем говорит, и пытаемся не упустить и малое, и главное. Президент коротко высказал свою позицию, что он готов и хочет работать с гражданским обществом. А дальше выступили официальные представители и неофициальные представители. Официальные – по статусу. Я считаю, что уполномоченные по правам человека могли бы больше говорить о проблеме здравоохранения. Вот этого я не услышал. Было всего одно выступление, и то оно было размыто многими серьезными вопросами.

Леонид Поляков

Поднималась тема усовершенствования закона об НКО, которые выполняют функции иностранных агентов. Будет вестись работа по уточнению этого закона, чтобы в дальнейшем правоохранительные органы не зачисляли работу социальных НКО в разряд действующих на политическом пространстве. Это очень важно.

Людмила Алексеева высказалась за возвращение в суды присяжных. Так Алексеева подняла проблему о повышении уровня доверия граждан к судам. Президент внимательно выслушал это. Идею расширения присутствия присяжных он поддержал. Скорее всего, в ближайшем будущем мы увидим, что участие присяжных будет более широким. Будут вводить новые составы, где будет предусмотрено участие суда присяжных.

Встреча была не ритуальной. Это один из важных моментов реализации той доктрины обновления России, которую президент России зафиксировал еще в 2012 году, в частности в направлении работы с гражданским обществом.

Николай Сванидзе

Такие встречи — это сигнал либеральной общественности, интеллигенции. Президент как бы говорит: «Вы не думайте, что я на вас совсем уж "забил". Вы не думайте, что я ориентируюсь исключительно на "Уралвагонзавод", а вы мне совсем не интересны. Это не так. Я президент всех россиян». И это правильно. Он должен это говорить. Он должен четко давать это понять. На мой взгляд, он это делает намного реже, чем следовало бы.

Тем не менее он отдает себе отчет в том, что такая проблема существует, и находит время, чтобы поклониться еще и в эту сторону. Может быть не слишком низко и не слишком искренне, но все же я расцениваю этот факт как позитивный. Не будем забывать о том, что представители исполнительной власти чутко реагируют на сигналы, исходящие от президента. Как говорил император Павел, «у нас только тот влиятелен, с кем я разговариваю, и до тех пор, пока я с ним разговариваю». Вот и у нас чиновники внимательно следят за тем, с кем президент разговаривает. И как. Если он разговаривает с правозащитниками, значит, совсем отбортовать их не могут.

Но надо отдавать себе отчет в том, что конкретной, практической пользы от таких встреч не больше, чем от ежегодных посланий президента. Не случится такого, что после встречи с правозащитниками президент вдруг поставит права человека во главу угла всей своей деятельности. Чудес не бывает, но можно посмотреть на все это под другим ракурсом. Кто-то был разочарован последним посланием президента, а кого-то оно наоборот воодушевило. Ведь это могло быть посланием от академика Глазьева с завинчиванием всех гаек, с отменой хождения доллара и запретом выезда за рубеж для всех граждан. Но этого же не было. И это уже плюс.

Тоже и с правозащитниками. Если президент с ними встречается, значит, у него есть какая-то позиция, которую он хочет обозначить. Видимо, для него это важно. Видимо, у него есть, что сказать правозащитному цеху, и есть желание что-то услышать. Это в любом случае позитивно. Вероятно, какие-то рубежи в направлении наступления на права человека государство переходить не будет. По крайней мере сейчас.

Павел Чиков

Никакого вреда от таких встреч точно нет. Хотя бы потому, что из выступлений президента можно сделать вывод о политике Кремля в определенных направлениях. Но сложно говорить о том, что после таких встреч что-то меняется к лучшему. Я вообще не могу сказать, что за последние два с половиной года в нашей стране хоть что-то изменилось к лучшему. Вне зависимости от проведения таких вот встреч. Да, что-то становится более понятным в политике Кремля, но сказанные сегодня слова вовсе не означают, что завтра не будет сказано что-то совершенно противоположное. Эти слова президента, по моему мнению, никого ни к чему не обязывают, включая его самого.

Ирина Хакамада

Мне понравилось сравнение Михаила Федотова: правозащитники, как Сизифы, тащат-тащат, катят-катят правозащитный шар, "сизифов камень". А потом все скатывается обратно в болото бюрократии. То есть его главный посыл был, что не дают ничего делать, перекрывают кислород. И если лично до президента не достучаться, дальше все стопорится.

И второе. Он предложил о разных амнистиях, в том числе не только уголовных, но и административных, просто принять закон: когда амнистия принимается, по каким причинам, как она реализуется. У нас нет такого закона, как и закона о помиловании. Просто все зависит от одного человека. Федотов также предложил амнистию к 70-летию Победы в Великой Отечественной войне.

Архив новостей

Анонсы

Видео

Специальное заседание по вопросам медицины

Фотоматериалы

Президент России