Блоги членов Совета

Выступление М. Федотова на встрече с Президентом РФ Д. Медведевым в г. Нальчик 05.07.2011 г.


Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Я хочу сразу с места в карьер продолжить поднятую Вами тему реализации поручений. Собственно говоря, наша сегодняшняя встреча сама из разряда поручений, потому что мы обсуждаем тему межнационального согласия, по которой Вы давали поручение в феврале, мы обсуждаем тему терроризма, по которой давались поручения в мае прошлого года. То есть, по сути дела, мы продолжаем начатое и Советом, и Вами.

Безусловно, мы очень ценим те изменения, которые были внесены в законодательство по предложениям Совета. И в том числе мы очень ценим те изменения, которые были внесены в Уголовно-процессуальный кодекс в связи с делом Сергея Магнитского. Вместе с московской общественной наблюдательной комиссией нам тогда удалось найти некоторые, далеко не все, конечно, проблемы в нашей тюремной медицине. Это позволило Вам внести законопроект. Сегодня этот закон принят, поправки работают, а мы продолжаем работу над делом Сергея Магнитского. И сегодня Мара Федоровна Полякова от имени трёх рабочих групп Совета расскажет о нашем промежуточном докладе. Сразу скажу, что выводы наших рабочих групп совпали с выводами некоторых других источников, я имею в виду в первую очередь Следственный комитет Российской Федерации.

Точно так же Совет отреагировал в своё время на наше пожелание получить предложения по антикоррупционной экспертизе закона «О полиции». И мы сделали такую экспертизу. Сегодня Елена Анатольевна Панфилова Вам представит результаты. При этом, Дмитрий Анатольевич, обнаружилась очень интересная деталь. Оказалось, что в 172-м федеральном законе об антикоррупционной экспертизе не предусмотрено прохождение антикоррупционной экспертизы для законопроектов, которые вносятся Президентом. Я должен сказать, что у Вас всегда есть возможность поручить проведение такой экспертной работы нашему Совету, и Совет с удовольствием с этим справится. Более того, мы готовы взять на себя контроль за регулярностью мониторинга коррупции, поскольку именно гражданское общество является главным антикоррупционным ресурсом Президента.

Мы не забыли и Ваше пожелание по проведению общественной правовой экспертизы по так называемому «второму делу «ЮКОСа». И хотя эта работа ещё не завершена, мы рассчитываем получить экспертное заключение где-то осенью, но она уже дала очень важный результат. Я имею в виду задуманную дискуссию между Советом судей и Председателем Конституционного Суда о том, допустимы ли вообще такие общественные экспертизы. Я полагаю, что профессор Зорькин всех убедил в том, что в демократическом государстве ни одна ветвь власти не может находиться вне общественного гражданского контроля.

Более того, Совет сейчас приступил к разработке идеи общественного мониторинга судебной деятельности. Ещё при Элле Александровне Памфиловой наш Совет совместно с Советом судей учредил дискуссионный клуб, который занимается вопросами укрепления доверия между судейским сообществом и гражданским обществом в целом. Несколько дней назад в Ярославле этот дискуссионный клуб выдал важный результат – согласованные принципы общественного мониторинга судебной деятельности. Я полагаю, что это конкретный вклад в укрепление доверия между властью и обществом.

Конечно, говорить о повсеместном установлении доверия между обществом и властью как минимум преждевременно, особенно если не выполняются ни законы, ни указы, ни президентские поручения. Например, на встрече в Екатеринбурге, Дмитрий Анатольевич, Вы посоветовали благотворительным организациям, когда у них возникают проблемы с помещениями в Москве, обращаться непосредственно к новому мэру Москвы.

Светлана Алексеевна Ганнушкина, которая возглавляет Благотворительный фонд «Гражданское содействие», обратилась и получила ответ, что она должна поучаствовать в коммерческом аукционе на получение права аренды, а ведь это противоречит закону о государственной поддержке социально ориентированных НКО.

Другой пример. На прошлой майской встрече по Северному Кавказу Вы поручили проработать вопрос о создании в Чечне генно-молекулярной лаборатории для целей розыска без вести пропавших людей.

В ноябре прошлого года было принято решение, что такую лабораторию создавать в Чечне нецелесообразно. И это правильное решение. Но при этом остались без ответа очень важные вопросы: кто организует сбор генного материала среди родственников пропавших без вести, кто оплатит проведение генной экспертизы в том замечательном научном центре, который есть в Москве, и, наконец, кто всем этим будет заниматься? На последний вопрос я знаю ответ. Это наша Ида Николаевна Куклина, которая поднимает этот вопрос. Но кто этим будет заниматься со стороны государства?

Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Наша встреча в Екатеринбурге показала, что Совету надо чаще бывать в регионах. Именно поэтому мы поехали проводить выездные заседания. Мы были в Пермском крае и там увидели, что у них нет общественной палаты, но у них есть развитое и активное гражданское общество. Да, власти с этим гражданским обществом сотрудничают в основном на неформальном уровне, на уровне межличностных контактов. Это, конечно, хорошо. Но мне лично как юристу, естественно, милее, если демократические неформальные практики будут опираться на не менее демократические правовые нормы. Но к этому я ещё вернусь в конце своего выступления.

К сожалению, есть и другие практики, когда гражданское общество воспринимается чуть ли не как обслуга власти или средство списания бюджетных денег. От такой практики, конечно, пользы никакой. Но как это ни покажется парадоксальным, я думаю, что демократия на региональном уровне у нас может родиться не благодаря выборам губернаторов, о которых так много говорят, а благодаря наличию сильного гражданского общества. Именно оно способно выполнить роль системы сдержек и противовесов. Без сильного гражданского общества хоть избирай губернаторов, хоть назначай губернаторов – разница невелика, а сильное гражданское общество способно не только вдохнуть жизнь в демократические процедуры, но даже облагородить не вполне демократические, создав тем самым условия для дальнейшей демократизации.

Выездное заседание мы проводили и в Махачкале. Там, конечно, ситуация другая. Но мы увидели, что те проблемы, которые характерны для Дагестана, характерны в той или иной степени для всех субъектов Федерации. Северный Кавказ открылся нам не как самый проблемный регион, а как общероссийское увеличительное стекло. Во-первых, мы убедились, что коррупция является фактом прямого пособничества террористам. Достаточно сказать, что половина жалоб, которые я рассмотрел по Вашему поручению в мобильной приёмной Президента, имели явно выраженный коррупционный привкус.

Во-вторых, мы поняли, что противозаконные методы борьбы с преступностью плодят новых преступников. Я приведу простой пример. Когда мы проводили наше заседание в Махачкале, в зал принесли записку о случившемся буквально несколько часов назад похищении человека. Мы сразу попросили прокурора республики разобраться в этой ситуации. В конце заседания он нам сказал, что ни в органы ФСБ, ни в органы МВД республики такой человек не доставлялся. А куда он делся? В зале шептались, что это сделали «федералы». Но, простите, обратите внимание, прокурор Дагестана подтвердил мне, когда я с ним разговаривал вчера, он сказал: никто никаких официальных заявлений о похищении этого человека в правоохранительные органы не передавал. Странная ситуация.

В-третьих, мы поняли, что религиозные разногласия, вместо того чтобы решаться в научных спорах знатоков священных книг, превращаются сегодня в источник социальной напряжённости. Мы помним, что в средневековой Европе религиозная нетерпимость привела ко многим войнам. Но на дворе XXI век. Вот почему Совет предлагает поддерживать дискуссионные клубы, помогать религиозным организациям в создании своих учебных заведений, издании литературы, чтобы внутриконфессиональные разногласия вернулись в формат теологических споров, чтобы они вышли из формата убийств и насилия.

И ещё. На прошлогодней майской встрече Вы говорили о проблеме недоверия, с которым сталкиваются выходцы с Кавказа в других регионах. Об этом мы тоже говорили в Махачкале. И события на Манежной площади показали, что дело не только в недоверии. Спусковым крючком для событий на Манежной площади стала элементарная коррупция или разгильдяйство. Но почему-то кому-то было выгодно придать этой истории характер межнациональной розни. А люди, что на Северном Кавказе, что в других регионах России, болезненнее всего воспринимают несправедливость и неправду. Вот почему для нас так важно консолидировать людей вокруг общих для всех проблем: борьбы с коррупцией, казнокрадством, беззаконием. Чем больше будет правды и справедливости, тем здоровее будет климат в обществе, в том числе инвестиционный.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Совет при Президенте – это не только Ваш коллективный советник, но и признаваемое сегодня всеми место для дискуссий, для поиска способов развязывания узлов, для нахождения компромиссов. Мы попытались развязать такой узел вокруг 31-го числа. Слава богу, развязали. Мы попытались развязать такой узел вокруг Химкинского леса. Не скажу, что мы его развязали, но развязываем. И сейчас созданы две контактные группы, которые заняты тем, чтобы предотвращать случаи провокаций и насилия, с одной стороны, а с другой стороны, заниматься предотвращением опасности уничтожения дубравы, которая там есть. И вот то, что в эти контактные группы вошли представители всех конфликтующих сторон, мне кажется, очень важно.

Думаю, Дмитрий Анатольевич, чтобы активизировать функционирование нашего гражданского общества, очень важно дать ему место для подвига, то есть создать место, где общественная активность может проявиться максимально полезным образом. И такой сферой гражданской активности мы предлагаем взять гражданский контроль.

Концепция федерального закона об общественном или гражданском контроле нами разработана. Я Вам ее с удовольствием передам. Она еще является предметом наших внутренних дискуссий. Но мы полагаем, что такой закон может стать структурообразующим ядром новой отрасли российского законодательства – законодательства о гражданском контроле.

И тогда и закон об Общественной палате, и закон об общественных наблюдательных комиссиях в системе ФСИН, и указы об общественных советах в системе МВД, в федеральных органах исполнительной власти – всё это получит единую правовую базу.

В основу такого закона мы предлагаем положить несколько принципов, которые я перечислю. Во-первых, самостоятельность общественных объединений, участвующих в осуществлении гражданского контроля, чтобы предотвратить случаи, когда под видом гражданского контроля будут создаваться такие муляжи. И у местных властей будет впечатление, что они создали свое удобное карманное гражданское общество, а на самом деле они получат муляж, а неудобное гражданское общество найдет другие пути реализации своих интересов.

Второй принцип – самостоятельность органов гражданского контроля, всеохватность гражданского контроля, всеобщность гражданского контроля, гласность, обязательность гражданского контроля, многообразие форм и, наконец, признание органов гражданского контроля законными представителями неопределенного круга лиц, выступающих в защиту общественных интересов. Введение в российское право универсального института защиты общественного интереса позволит вооружить граждан прямым и легитимным инструментом влияния на власть.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич, если Вы дадите добро, то мы готовы представить проект такого федерального закона до конца этого года, чтобы Вы могли тем самым посмотреть на результат.

И теперь я хотел бы завершить свое выступление и передать слово Кириллу Викторовичу Кабанову для доклада о гражданском участии в противодействии терроризму и коррупции. Пожалуйста.

Анонсы

Видео

Специальное заседание по вопросам медицины

Фотоматериалы

Президент России